Откат. Глава 9. На самом краю

20.05.2011 13:19 4

Откат. Глава 9. На самом краю

Примолвить к речи здесь годится,
Но ничьего не трогая лица:
Что делом, не сведя конца,
Не надобно хвалиться.
И.А. Крылов. 1811
Откат. Глава 9. На самом краю

Откат. Глава 9. На самом краю

— Слушаю вас, — ровным голосом сказал Сергей.

— Еще раз добрый день, Сергей Михайлович, это Сергей Орестович вас беспокоит, — раздался в трубке голос Корзинкина. Вопреки своему обыкновению, теперь он говорил елейно и вкрадчиво. – Ради Бога извините, что беспокою вас в столь поздний час, но тут есть дело неотложное. Я позвонил вам домой, но к телефону никто не подходит, поэтому звоню на мобильный. Я вас не разбудил?

— Нет, не разбудили, — коротко ответил Сергей. Прикрыв микрофон рукой, он посмотрел на друзей и одними губами прошептал: Корзинкин.

Все молча кивнули и выжидающе посмотрели на Сергея. Тот слега отодвинул трубку от уха и развернул ко всем. Ребята подошли поближе и стали слушать разговор вместе, стараясь не пропустить ни единого слова.

— Вы где сейчас? – спросил Корзинкин.

— Неважно, где я сейчас, – стараясь говорить как можно более спокойно и ровно, ответил Сергей, однако в его тоне невольно прозвучали нотки вызова. Однако он немедленно взял себя в руки. — Что случилось, Сергей Орестович?

— Мы с вами сегодня оба погорячились, — ответил Корзинкин, не обратив внимания на реплику Сергея. – Я вас прекрасно понимаю: такую информацию всегда неприятно слышать. Да и я, пожалуй, был чересчур резок с вами. Но сейчас мы с вами оба успокоились, все обдумали и поэтому можем разговаривать конструктивно. Сразу скажу вам, что претензий к вам, как к специалисту, нет никаких. Тут я с вами полностью согласен: Стас Лановенко в этом вопросе, разумеется, абсолютно не прав. И в сегодняшней беседе с Александром Леопольдовичем я сказал то же самое. И Александр Леопольдович со мной полностью согласился. Поэтому перевод вас на должность техника я считаю принципиально неправильным. Принципиально! Но и оставаться в должности руководителя отдела вы тоже не можете. Отсюда следует, что самым правильным решением будет все-таки вам уволиться. Кроме того, что вам положено по закону, я смогу предложить вам еще кое-что сверху. Во-первых, учитывая то, что до этого момента  вам претензий не было, думаю, что смогу для вас сделать разовую премию из фонда генерального директора в размере вашего должностного оклада: так сказать, в порядке компенсации. Также гарантирую вам блестящую характеристику. Кроме этого обещаю вам, что в период обязательной двухнедельной отработки вам будет предоставлен свободный график: можете вообще не появляться на работе. И, наконец, самое главное. Вы, Сергей Михайлович, являетесь материально ответственным лицом. Так вот, если мы с вами расстаемся полюбовно, то гарантирую вам, что все материальные ценности, которые на вас числятся, — а вы знаете, что на вас числится немало! – будут завтра же с вас списаны. Поэтому, учитывая все вышесказанное, я спрашиваю вас: какое же вы все-таки приняли решение? Впрочем, я вас не тороплю, и вы можете ответить мне завтра утром. Но предварительный ответ мне нужен уже сейчас.

Сергей терпеливо слушал. Тон Корзинкина был спокойным и умиротворенным, однако Сергей кожей почувствовал напряжение на другом конце провода. Судя по тому, что голос Корзинкина едва заметно подрагивал, немедленный ответ Сергея был для него крайне важен.

Сергей почувствовал уверенность.

— А я от своих слов не отказываюсь, Сергей Орестович, — ответил Сергей и невольно злорадно улыбнулся. – Как только я досконально разберусь во всем происходящем, как только найду разумное объяснение всему тому дурдому, который наблюдаю уже второй день, я предоставлю вам все материалы вместе со своим заявлением на увольнение по собственному желанию. Но не раньше.

— Сергей Михайлович, своим теперешним заявлением вы лишний раз убеждаете меня в том, что вы – человек глупый, — высокомерно сказал Корзинкин. – Вы в чем хотите разобраться? Почему вас освобождают от занимаемой должности? Так я вам уже это днем объяснил: вы меня не устраиваете – и это самая главная причина. И единственная. Что вам еще непонятно? Я не знаю, почему вы так себя ведете: может быть, вам адреналина не хватает, может быть еще что-то, но вы сейчас играете с огнем. Вы что, не понимаете, что можете испортить себе всю последующую жизнь? Неужели вы не понимаете, что рискуете своим будущим? Неужели вы еще не поняли, что в этой войне вам не победить, и исход ее предрешен: вы будете уволены? Я гарантирую вам, что в институте вы работать не будете! Гарантирую!

— А кто вам сказал, Сергей Орестович, что я сплю и вижу – как бы мне остаться в институте? – с усмешкой спросил Сергей. – Повторяю, что собираюсь уволиться из института и сделаю это в любом случае, ибо дальнейшая работа под вашим началом – слуга покорный! Я не мазохист, чтобы работать с вами! Но уволюсь я только после того, как во всем окончательно разберусь. Впрочем, Сергей Орестович, вам недолго осталось ждать. Кое в чем я уже разобрался. Ведь вы мне три дня дали первоначально, верно? Так вот, думаю, что через пару дней ответы на все оставшиеся вопросы у меня тоже будут в руках. Так что, Сергей Орестович, потерпите немного: вам недолго осталось ждать результатов.

— Ну и что же вы обнаружили? – деланно усмехнувшись, спросил Корзинкин. Он старался казаться равнодушным и высокомерным, но все почувствовали напряжение. Голос Корзинкина слегка задрожал и, чтобы скрыть волнение, он слегка покашлял.

— Ну, например, я намерен до конца изучить договора с фирмой «Комплект-Юнит», — с чувством собственного превосходства ответил Сергей. Он не мог скрыть злорадства. – Потом мы вместе с Александром Леопольдовичем обсудим результаты.

— А при чем тут «Комплект-Юнит»? – удивился Корзинкин.

— Вот по окончании моего расследования мы и выясним: при чем тут они или ни при чем, — отрезал Сергей. — А пока что нам с вами говорить не о чем.

— Я вижу, Сергей Михайлович, что нам с вами действительно не о чем разговаривать, — с наигранным сожалением в голосе ответил Корзинкин. – Вы взрослый человек и сами решаете свою судьбу. В таком случае, до свидания.

— Спокойной ночи, — усмехнулся Сергей и нажал кнопку отбоя.

Все молчали.

— Зря ты так, Серый, — неодобрительно покачав головой, сказал Владимир Мамонтов. – Зачем ты ему сказал про «Комплект-Юнит»?

— А пусть подергается, сволочь, — с плохо скрытой ненавистью в голосе ответил Сергей. – Эту ночь он точно спать не будет, гнида!

Мамонтов уже открыл рот, чтобы ответить Сергею, но его опередил Александр.

— Да что тебе с этого? – озразил Толстов. – Серега, запомни два самых главных правила игры в карты. Первое: карты держи ближе к орденам. И второе: никогда не заходи с козырей. На кой черт тебе понадобилось сейчас раскрываться? Что тебе до того, что Корзинкин не станет этой ночью спать? Тебе надо о своей судьбе подумать! Надо новое место работы искать – уж с твоей-то башкой для тебя это проблемой не будет! На кой ляд тебе нужна эта война? В этом вопросе я, пожалуй, соглашусь с твоим Корзинкиным: тебе что, адреналина не хватает? Кулаками помахать захотелось? Мало тебе того, что в темной подворотне трое козлов тебе один раз морду набили? На кой бес ты нарываешься на дополнительные неприятности?

— Вот поэтому и нарываюсь! – гордо ответил Сергей, глядя Александру прямо в глаза. – Саня, дело не только в месте работы. Мое доброе имя тоже кое-чего стоит! Меня обвинили в непрофессионализме, в подтасовке фактов! И, по-твоему, я должен это все так оставить? Ты считаешь, что я не должен восстановить свое доброе имя? После отказа уволиться меня избили трое уродов. И ты считаешь, что все это просто так? Ты полагаешь, что меня после этого оставят в покое? Санек, не будь наивным! Своим расследованием я слишком близко подобрался к грязным делишкам Корзинкина и он уж точно не оставит меня в покое! Он обещал мне компенсацию, говоришь? Ха-ха! Даже в этом разговоре он мне ничего не обещал наверняка: все больше «думаю», «полагаю» и тому подобный словесный понос! Если я в чем-то и уверен, так это в том, что Корзинкин даже не попытается выполнить свои обещания.

— Парни, не ссорьтесь, — примирительно сказал Бочкарев. – Вы сейчас все правы. Санек и Володя, безусловно, правы в том, что говорить Корзинкину о том, что ты раскопал данные по «Комплект-Юниту», явно не следовало! Нет смысла раскрываться раньше времени. Но и Серега прав: я бы тоже на его месте стал защищать свое доброе имя! И второе: я тоже не уверен, что Серого оставят в покое даже после увольнения. Рано или поздно в институте докопаются, что он и Вадик — старинные приятели. Мало ли как повернутся события? А три миллиона долларов – это, братцы, такая сумма, ради которой начинаются иные отношения.

— Вообще-то, братцы, я бы тоже не торопился говорить, что Серега так уж однозначно не прав, — неожиданно поддержал друга Кулагин. – Судя по рассказам Сереги, Корзинкин умом не блещет. Значит, после такой информации он задергается и начнет делать ошибки.

— Виталя, нельзя недооценивать противника, — сказал Симаков. – Если ты считаешь противника глупым, значит, ты сам подставляешься. Ираклий Андроников как-то сказал: человеческая ограниченность начинается с самодовольства и осознания того, что ты умнее всех. Не стоит думать, братцы, что Корзинкин глуп!

— Ты прав, Игорек, — отозвался Сергей. – Но при всем моем уважении и к тебе, и к Ираклию Андроникову, надо отдать Корзинкину справедливость: он действительно глуп. Я всегда знал, что в Корзинкине навеки летаргическим сном уснул гений, но зато круглосуточно бодрствует идиот. Вот тебе недавний пример. Очевидно, после вечернего просмотра выпуска новостей, Корзинкин увидел, как «маски-шоу» наехали на одну крупную проектную контору. Проводя аналогию с делом Ходорковского, этот дегенерат догадался, что, покончив с нефтяными олигархами, российская власть решила нанести удар по проектному бизнесу, а именно в самое его сердце — в наш институт. И нет, что бы поделиться с руководством своими догадками, кретин! Он решил сделать им сюрприз: типа пока там некоторые расслабили ягодички, он на страже интересов собственников и если надо… Короче, в то время как наши руководители еще дремали в своих лимузинах по дороге на работу, Корзинкин построил нас и объявил свой замысел. Вы бы только знали – что этот баран учудил!

— И что же? – с любопытством спросил Толстов.

— А вот что, — улыбаясь, ответил Сергей. – Он приказал сделать три вещи. Во-первых, он распорядился, чтобы все пользователи хранили все свои конфиденциальные файлы на центральном сервере в личной именной папке. Во-вторых, в этой же папке должны храниться почтовые файлы пользователя. А, в третьих, в случае нападения сил правопорядка, сотрудники нашего отдела должны сдерживать их натиск, пока главный сисадмин – то есть я — вырывает из сервера жесткие диски и прячет их у себя в заднице, не повредив – прошу заметить: жесткий диск, а не задницу.

Все засмеялись.

— Услыхав эту светлую мысль, у меня сразу же возникли некоторые возражения, — продолжал Сергей. — Нет, идея конечно хороша, но ни один из наших супермегадешевых серверов, собранных неизвестно где, неизвестно кем, неизвестно из чего не сможет выдержать такой нагрузки, и выйдет из строя с потерей данных – причем, рухнет достаточно быстро. Во-вторых, сеть не рассчитана, что сто с лишним пользователь будут одновременно лазить к своим файлам на сервак, в результате чего работа этих самых пользователей существенно замедлится и они будут недовольны. Парни, посудите сами: что бы вы сказали, если бы ваш файл открывался бы в течение пяти минут?! Короче говоря, для осуществления этого плана нужно модернизировать сеть и купить файл-сервер, тысяч, эдак, за двадцать убитых енотов. Кстати, эти сервера мы заказали где? Правильно: в «Комплект-Юните»!

— Опаньки! – не удержался Симаков. – И тут «Комплект-Юнит» нарисовался.

— Ты погоди, это еще не конец истории, а лишь преамбула, — ухмыльнулся Сергей. – Слушай, что было дальше. Я, разумеется, все это Корзинкину высказал. Он, естественно, на меня наорал, обвинил меня в том, что я все время с ним спорю – ну да не в том дело. Разве аргументы такой мелкой сошки, вроде меня, могли значить что-либо для такого крупнейшего специалиста в области сетевых и остальных технологий, как Корзинкин? Он в тот момент, небось, уже был мысленно далеко, там, у руководства — с докладом об успешном противодействии вражеским силам. В общем, гавкнул он нам: выполняйте. А сам свалил. Ну, натурально, делать нечего, исполнили. А теперь самая главная деталь: делать папки для руководства и перенастраивать им почту, Корзинкин велел отправить – кого?

— Тебя? – спросил Бочкарев.

— Да вот хрен ты угадал! – торжествующе произнес Сергей. — Он велел отправить к Леопольдычу именно Стаса! Он настроил… Правда, при этом случайно стер почтовые файлы нашего финансового директора и директора по персоналу – ну это уже издержки производства и к великим свершениям не имеют никакого отношения! Вот вам, господа гусары, результат, если за работу берутся те гомики, которые «в плохом смысле этого слова».

Все захохотали.

— Причем, с Леопольдычем получилось еще забавней, — улыбнулся Сергей. – Что ему там Стас понастраивал – это науке не известно. Но, однажды утром пришел народ на работу, запустил свои почтовые программы – и началось шоу! Каждый увидел в своих папках папку с фамилией генерального директора. А в ней больше двухсот писем в подразделе «Личное». Естественно, не устоял никто.

— Он что, дурак? – спросил Мамонтов. – Это я про Стаса.

— Этот вопрос, Володя, следует задать не мне, а доктору, — засмеялся Сергей. – А также присовокупить вопрос о психическом здоровье господина Корзинкина. Но работа в институте встала на двое суток. Все читали и перечитывали. Наш генеральный, как я уже сказал, большой шалун, и затейник по части женщин. Но то, что было в той папочке, превзошло все мыслимые и немыслимые ожидания: там было все конкретно, с фамилиями. И такими пикантными подробностями… «Кама-Сутра» отдыхает, авторы любовных романов нервно курят в сторонке, главные редакторы журналов для женщин подумывают о суициде и смене вида деятельности! Кстати, наш сервер оказался лучше, чем мы думали, продержался целых три дня. Но самое главное: народ успел дочитать переписку Штерна. Всю: от корки до корки. Также, полагаю, вы уже догадались, что за это приключение наказали меня, а не Стаса и не Корзинкина.

Все опять засмеялись.

— Ладно, братцы, все это, конечно, хорошо,  — сказал Бочкарев. — Но, по-моему, нам уже пора по домам. Ночь на дворе, пора спать. Тем более, завтра всем надо на работу.

— Да, ты прав, Леша, — пробормотал Сергей. – Ладно, братцы, спасибо за все. Побежал я.

— Ты погоди благодарить, — озабоченно сказал Кулагин. – Давайте договоримся о распределении обязанностей. Ты, Серый, завтра посмотри эти файлы на работе как можно более внимательно. Нам надо понять, что Стас дальше делал с этими файлами. А для этого ищи в них систему, какую-то закономерность. Уверен: эта закономерность имеется. И, возможно, даже не одна. Я же со своей стороны, завтра днем постараюсь сделать глубокий поиск в нашей базе данных и посмотрю: возможно, Стасик еще где-нибудь наследил. Леша, тебя я попрошу вот о чем: глянь-ка ты завтра в своей базе данных и проследи все звонки Корзинкина за последние две недели. Посмотри, куда и когда он звонил со своего мобильного телефона и кто ему звонил. Убежден: это нам о многом скажет.

— А мы? – хором спросили Толстов, Мамонтов и Симаков.

— А вы, господа гусары, будьте на стреме, — улыбнулся Кулагин. – Мало ли что может понадобиться? Поэтому вы, други мои сердечные, завтра поезжайте на работу не на общественном транспорте, а на своих личных лимузинах. И наплетите что-нибудь своему начальству: мол, в семье проблемы, и все такое прочее…

— Зачем, — недоуменно спросил Толстов.

— Затем, чтобы в течение десяти минут ты мог сорваться с работы и уехать туда, куда нужно, — объяснил Кулагин.

— Все понятно, ваше величество, — улыбнулся Симаков. – Теперь можем по домам отправляться?

— Теперь можете, — милостиво кивнул головой Кулагин и улыбнулся. – И последнее: завтра после работы в восемнадцать ноль-ноль все собираемся у Санька дома. Если что-то у кого-нибудь случится из ряда вон выходящее — обязательно звоните. Кому угодно – лишь бы мы все имели информацию друг о друге. Особенно, Серый, это тебя касается. Поэтому ты уж постарайся на работе завтра не задерживаться. И ради Бога, не лезь на рожон, будь настороже, держи «ушки на макушке». Впрочем, теперь у тебя есть законный повод: если Корзинкин начнет к тебе приставать – просто заявляй ему, что твой рабочий день закончился – и все, финита ля комедия! И последнее. Давайте, гасконцы, так сделаем. Серега прав: этот хулиганский наезд вряд ли был случайностью. Поэтому, Володя, давай-ка мы с тобой, на всякий случай, Серегу подстрахуем: домой отвезем. У тебя машина бегает?

— А чего ей сделается? – пожал плечами Мамонтов. – Бегает, старушка, куда ж она денется? И бензина полный бак.

— Вот и ладненько, — удовлетворенно сказал Кулагин и хлопнул в ладоши. – Мы с тобой отвезем Серегу домой, а потом ты по пути меня до дому-хаты доставишь? Годится?

— Тогда уж и меня подвезите, — подмигнул Бочкарев.

— Ладно, черти, — улыбнулся Мамонтов. — Сегодня вечером я из учителей переквалифицируюсь в таксисты. Садитесь, поехали. Но заплатите двойной тариф!

— Это почему же двойной? – ехидно ухмыльнулся Кулагин.

— За конспирацию, фельдмаршал, — с напускной серьезностью ответил Мамонтов.

Все заржали.

— Ладно, все, ребята, — решительно сказал Мамонтов. – Почесали языки – и баста, а то поздно уже. Поехали.

Распрощавшись с Толстовым, ребята вышли на улицу. Была уже глубокая ночь. Владимир подошел к своей старенькой «копейке», припаркованной недалеко от подъезда и  открыл машину. Все дружно сели в автомобили и поехали.

Неспешная езда по ночному городу успокаивала.

Я безработный, думал Сергей, слегка убаюканный мерным гудением двигателя. Нет денег, перспективы непонятные, да к тому же вляпался в неприятную историю. Но отчаянья нет, а, наоборот: на душе спокойно и легко. Почему так?

Потому что снова друзья пришли ему на помощь, понял Сергей. Пришли, не считаясь со временем и личными проблемами. Потому что у него есть надежный тыл и опора.

Кто есть друг? Это тот, к кому можно прийти в любое время дня и ночи – и тебе будут рады, несмотря ни на что, тот, кто может выслушать тебя в трудную минуту, тот, кто остается верным тебе, даже если от тебя отвернется весь мир! Друг — это тот, кто понимает тебя даже тогда, когда никто не понимает, тот, кто принимает тебя таким, каким ты есть со всеми твоими недостатками, даже если они ему причиняют боль!

У него есть такие друзья. Те, кто всегда скажет тебе правду, даже если она тебе не нравится, те, кто всегда искренен с тобой, потому, что эти ребята знают: ты их всегда поймешь, а они поймут тебя, те, кто может простить даже то, что никогда не простит другой!

Это те люди – простые, неприметные — кому не жалко пожертвовать ради тебя самым дорогим: временем, интересами и даже жизнью!

Ничего, мы прорвемся, подумал Сергей. В конце концов, на этом чертовом институте свет клином не сошелся. С работой проблем не будет, друзья его не оставят – значит, в будущее он может смотреть уверенно и спокойно. А что еще надо человеку для счастья?

Между тем автомобиль Мамонтова подъехал к дому Сергея. Ребята вышли из машины и осмотрелись. Вокруг не было ни души. Стояла ночная тишина.

— Вроде тихо, — пробормотал Бочкарев. – Виталя, ты параноик.

— Лучше быть целым и здоровым параноиком, чем битым и увечным наивным олухом, — нравоучительно ответил Кулагин. – Осторожность еще никому не повредила.

Он еще раз осмотрелся по сторонам и повернулся к Сергею.

— Ладно, Серый, бывай, — Кулагин пожал Сергею руку. – Мы уж подниматься не будем, сам дойдешь до квартиры. Только давай так договоримся: мы с Володей постоим пока на улице напротив твоих окон и подождем пару минут. Если в квартире все нормально, ты включаешь свет, выходишь на балкон и махнешь нам рукой. Если все в норме, мы все уезжаем.

— Хорошо, Штирлиц, — улыбнулся Сергей. – Пока, до завтра.

— Счастливо, — отсалютовал рукой Кулагин. – Завтра не забудь: все делаем, как договорились. Вечером встречаемся, не забудь.

Вместо ответа Сергей махнул ребятам рукой и вошел в подъезд. Была кромешная тьма: очевидно, снова перегорели лампочки. На втором этаже какой-то парень, чертыхаясь, пытался попасть ключом в замочную скважину. Сергей прошел мимо него, поднялся к себе на четвертый этаж, подошел к двери своей квартиры и достал ключ от входной двери.

— Сергей Михайлович? – раздался откуда-то справа странно знакомый мужской голос.

От неожиданности Сергей вздрогнул, резко повернулся на голос и выронил ключи. Связка ключей, звякнув, упала куда-то ему под ноги.

— Да? – вопросительно ответил Сергей. Он машинально нагнулся и стал шарить впотьмах, ища упавшие ключи от квартиры. В эту секунду он вспомнил. Господи, да это же тот самый элегантно одетый главарь, который руководил нападением на Сергея сегодня вечером!

И в этот момент грянуло подряд два выстрела. В пустом подъезде они прозвучали оглушительным грохотом и отозвались гулким эхом на верхних этажах. Пули, просвистев над головой сидящего на корточках Сергея, с глухим стуком впилась в стену, отколов огромные куски штукатурки и обдав Сергея кирпичной пылью.

Не успев даже испугаться, как следует, Сергей отпрянул назад. Потеряв равновесие, он споткнулся и кубарем покатился вниз по лестнице. Навстречу ему скорым шагом поднимался тот самый парнишка, который ковырялся в дверном замке на втором этаже. Не успев посторониться, он сплелся в единый клубок с Сергеем и, спустя мгновение, оба растянулись на площадке между этажами.

Они вскочили на ноги практически одновременно. Сергей был выше своего противника почти на голову. В этот момент он снова вспомнил. Память, обострившаяся в тот миг до предела, отчетливо подсказала ему: это же тот самый мелкий подонок, который был числе этой троицы!

За спиной слышался приближающийся топот ног убийцы.

Сергей среагировал первым. Он вскочил на ноги и со всего размаха ударил в лицо своего противника, вложив в удар всю злость и желание жить. Не ожидая нападения и не успев защититься, мелкий отлетел к стене и ударился затылком о стену. Воспользовавшись замешательством нападавшего, Сергей опрометью кинулся вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

— Стоять, сука! – раздались голоса позади. – Стоять, тварь! Убью!

За спиной еще раз грохнули два выстрела.

— Вы что, охренели, идиоты? – раздался за спиной Сергея вопль мелкого. – Вы ж, суки, меня замочить можете!

Не обращая внимания на крики за спиной, Сергей несколькими прыжками достиг двери в подъезд, распахнул ее и выбежал на улицу. Позади загрохотало еще несколько выстрелов.

— За ним! – крикнули сзади.

Сергей побежал на улицу по направлению к машине, в которой, наверное, еще сидят его друзья и ждут его сигнала.

За спиной громко хлопнул еще один выстрел.

Скачать полностью

===============

Горящие туры из СПб — отдых в Крыму от турфирмы в Купчино! Огромный выбор вариантов, низкие цены, гибкая система скидок!

Источник: http://www.gtsuper.ru/country/?id=21&

Лента новостей
Межбанк
USD EUR RUR
Покупка (грн.)
23.35 25.0960 0.3130
Продажа (грн.)
23.40 25.1430 0.3140
Общество и политика
Криминал и безопасность
В мире и обо всем
Интернет, наука, техника
Бизнес и религия
Новости